Все что вы хотели знать про Дрэг-рейсинг
Отечественный автоспорт для большинства российских болельщиков – это раллийный "Камаз", Даниил Квят и еще пара фамилий наших экс-пилотов Формула 1. Чуть более искушенные фанаты по роликам Аркадия Цареградцева, знают о существовании дрифт серии RDS, а самые хардкорные, возможно расшифруют зубодробительную аббревиатуру РСКГ (за ней скрывается главный чемпионат страны среди «кольцевиков»).
На этом фоне в России уже не первый год активно развивается дрэг-рейсинг – соревнования с конца нулевых проходят под эгидой RDRC или Russian Drag Racing Community. Сегодня сообщество, созданное для отвода стритрейсеров от гонок по дорогам общего пользования, проводит чемпионат и кубок сразу трех российских серий, а топовые пилоты RDRC выступают на настоящих американских дрэгстерах с движками на тысячи л.с. Впрочем, местные команды постепенно учатся собирать и собственную технику – от аналогов зарубежных моделей до оригинальных разработок, как эта «Волга» мощностью 3500 лошадиных сил!
И, главное, с развитием чемпионату помогают энтузиасты со всего мира, что не может не радовать во времена нынешней спортивной изоляции. Узнать больше о гонках дрэгстеров, где заезд можно проиграть даже с рекордным временем, и оценить уровень российских соревнований, которые атмосферой напоминают фильм «Дни грома» (пускай, и снятый про «НАСКАР»), мне удалось в подмосковном Быково на финале сезона RDRC 2023.
В России чемпионат по дрэг-рейсингу основали для борьбы с нелегальными гонками. Его первые участники фанатели от Need for Speed и «Форсажа»
Если на своей исторической родине в США гонки на ускорение по прямой появились накануне Второй мировой войны, то до нашей страны этот вид добрался ближе к 2000-м годам. Причем в России первые соревнования скорее проводились в традициях стрит-рейсинга – заездов на тюнингованных автомобилях в заброшенных локациях или прямо по городским дорогам.
В то время пилоты грезили совсем не о монструозных дрэгстерах с мощностью, как у дюжины болидов «Формулы-1», а больше фанатели от первого «Форсажа» и другой популярной франшизы, но из мира видеоигр – гоночной аркады Need for Speed. Один из ведущих московских клубов тех лет, вокруг которого сформировалось RDRC, носил название Need for Race с явной отсылкой к компьютерному симулятору.
«Форсаж» познакомил нас с крутыми ребятами на быстрых машинах. – рассказывает Константин Найт, сегодня выступающий в RDRC на дрэгстерах топ-класса 4,3 – Брайан О’Коннер (сыгранный Полом Уокером) стал для многих культовым персонажем, на которого хотелось ровняться. Вот и я не стал исключением и в 2007 году построил себе машину «как у Брайна» на базе «Мицубиси» Eclipse.»
Константин был далеко не одинок. Еще до него в начале нулевых по всей стране любители «прокачfнных» машин начали устраивать импровизированные турниры, которые без должной подготовки представляли серьезную опасность для гонщиков, зрителей и дорожного движения в целом.
«Все началось в конце 90-х – начале 00-х годов с нелегальных уличных гонок. Еще до «Форсажа» были люди, которые гонялись по улицам, а после выхода фильма их стало гораздо больше, – вспоминает руководитель RDRC Тигран Сеферян. – Тогда стало понятно, что надо их как-то организовывать, потому что гонки стали мешать нормальной жизни крупных городов».
Уличные гонки перешли из «андерграунда» в официальные соревнования на оборудованных площадках по правилам дрэг-рейсинга. Правда, ни дебютный чемпионат Москвы, состоявшийся в 2004-м, ни последующие первенства страны и первые сезоны RDRC не были похожи на те серии, что проводят в Штатах. Дело в том, что на старт состязаний долгое время выходили дорожные спорткары бывших стритрейсеров, серийные седаны и даже «паркетники» разной степени «прокачанности». Некоторые из нынешних гонщиков, выступающих уже за рулем дрэгстеров, вспоминают, как в начале карьеры могли поехать на своих «болидах» в магазин за картошкой.
«Однажды я нашел в сети трансляцию (российских соревнований по дрэг-рейсингу), и понял, что все это можно делать легально. Так у меня появилась мечта. — говорит бронзовый призер прошедшего сезона Дмитрий Лисин. — Для ее осуществления нужна была машина, на которой я мог бы ездить на гонках, но у меня к тому времени уже была семья, поэтому выбор пал на универсал «Ауди» RS6. Итак, между поездками в IKEA и перевозкой нескольких мешков картошки, я зарегистрировался и проехал свой первый официальный ивент».
Ситуация начала меняться в 2014 году, когда в RDRC появился первый промод — болид, построенный с нуля специально для дрэг-рейсинга — и серия постепенно начала обретать нынешний облик.
В дрэге обилие классов: только в России – 15, а в США за 200!
Длинные болиды стреловидной формы, которые большинство из нас ассоциирует со словом «дрэгстер», являются лишь одним из многочисленных классов дрэг-техники. В чемпионатах американской National Hot Road Association — крупнейшей лиги в мире дрэг-рейсинга — в зависимости от конструкции и топлива различают более 200 категорий дрэгстеров, промодов, простоков, фанникаров и других автомобилей. Что значат все эти обозначения и какие машины можно встретить в России?
Самым мощным, громким и престижным считается класс Top Fuel с дрэгстерами, которые заправляются нитрометаном. Это адское топливо начали использовать еще в 1930-х на рекордных машинах немецкой марки «Ауто Унион» (сегодня известной под брендом «Ауди» — прим. Sports.ru). В отличие от бензина, нитрометану для горения требуется минимум кислорода – ведь он уже в составе. На выходе получается один из самых эффективных видов горючего, чьи взрывы в камере сгорания дают ни с чем несравнимый рокот на старте.
Моторы дрэгстеров класса Top Fuel потенциально раскручиваются до 11000 лошадиных сил, что равносильно мощности примерно 12 современных болидов «Формулы-1». Установить точное значение никто не пытался, ведь дрэгстерный движок просто сломает динамометр, поэтому мощность инженеры вычислили на бумаге.
Схожими с Top Fuel характеристиками обладают так называемые фанникары – они тоже заправлены нитрометаном, но конструкция совсем другая. Ключевое отличие от дрэгстеров заключается в бездверном кузове (для обслуживания целиком откидывается вверх) и вынесенном вперед (а не назад) моторе. Свое название машины ожидаемо получили от английского «Funny Car», когда в 60-х босс одной из проигравших команд, якобы, сказал о новой технике: «Нам надо победить эти смешные машины!» (ориг. We need to beat those funny cars).
До России забавные машины добрались нынешним летом, когда ветеран RDRC Александр Альбин приобрел болид у легенды дрэг-рейсинга Джона Форса -16-тикратного чемпиона NHRA как гонщика, и еще 22-тикратного как владелец команды.
Третьим в иерархии идет бензиновый класс Pro Stock, в котором техника внешне напоминает автомобили NASCAR. Такие машины еще называют «серийными хот-родами», хотя по части технологичности они являются едва ли не самыми продвинутыми в дрэг-рейсинге.
Вслед за нитрометановыми монстрами и Pro Stock идут многочисленные классы дрэгстеров на метаноле и бензине (например, Top Alcohol или Super Comp). Именно эти машины, привезенные из Америки, заявлены в высшем классе российской лиги RDRC Pro-4,3. Цифра в данном случае обозначает не объем двигателя, а предельное время, за которое можно проехать зачетный отрезок в 1/8 мили (201 метр). Если гонщик преодолевает дистанцию быстрее, ему засчитывают брейк-аут и он проигрывает дуэль несмотря на то, что финиширует первым.
Деление по временам выбрано из-за слишком разношерстного автопарка. В RDRC пока набирается лишь десяток дрэгстеров, и если пытаться разбить их строго по характеристикам, то в классах будет элементарно не хватать участников.
Другой техникой, получившей распространение в России, стали промоды. К Pro Mod относят машины с корпусами культовых «маслкаров» разных лет, вроде «Додж» Viper и «Шевроле» Camaro. На данный момент промоды котируются среди участников RDRC, как автомобили с наибольшей максималкой, за счет моторов с мощностью за 3500 л.с.. В зависимости от времени на отрезке их распределяют либо к дрэгстерам в класс 4,3, либо в отдельную категорию с ограничением в 3,6 секунд для 1/8 мили.
Наконец, кроме гоночных машин к соревнованиям по дрэг-рейсингу отдельно допускаются дорожные авто. В штатах спорткары, седаны, родстеры и пикапы выходят на старт в почти сотне полупрофессиональных и любительских классах, а регламент RDRC позволяет участвовать на переделанных серийных версиях в каждом из трех зачетов — Pro, Street и Club.
В категории Pro, начиная с класса 7,6 соревнуются седаны и купе с форсированными моторами, каркасами безопасности и другим необходимым оборудованием. Пожалуй, одним из наиболее ярких спорткаров в RDRC Pro можно назвать «Ламборгини» Huracan Александра Лобачева в ливрее «Спартака», за рулем которой москвич выиграл зачет 8,6 этого года. Категория Street напоминает о корнях отечественного дрэг-рейсинга, объединяя быстрые, но минимально доработанные автомобили, как в уличных гонках. В свою очередь RDRC Club открыт для всех остальных машин, включая «заряженные» ВАЗ-2108 и неувядающие «Копейки»!
По подсчетам организаторов на финальном этапе сезона RDRC суммарная мощность машин всех участников составила 116 тысяч лошадей.
Для лучшего сцепления ездят на сдутых шинах, в моторах нет трансмиссии, трассу перед гонками склеивают по частям
Цель у дрэгстера та же, что у космической ракеты: в короткий отрезок времени развить максимально возможный импульс и, как следствие, скорость. Поэтому на прямой эти болиды способны заткнуть за пояс любую гоночную машину, а по ускорению превосходят в том числе реактивные истребители. В классе Top Fuel отметку в 160 километров в час пролетают за секунду, в то время как перехватчик Су-30 только до сотни будет катиться целых пять.
Не меньше впечатляют и перегрузки, которые в дрэг-рейсинге на старте и торможении доходят до 8G – больше, чем при полетах на «Шаттле».
Кстати, об истребителях: двигатели топ-дрэгстеров ведут «родословную» от культового для американского автопрома «Крайслера» Hemi V8, изначально созданного для самолета Р-47 Thunderbolt времен Второй мировой войны. Когда опытные образцы поступили в ВВС, боевые действия уже успели закончиться, и уникальный мотор с полусферической камерой сгорания решили приспособить под автомобили. Название Hemi как раз происходит от слова hemispherical, то есть полусферический.
Мощный авиадвигатель стали продвигать среди автопроизводителей как «гоночный», и со временем он появился под капотом люксовых седанов, а позже спортивных купе марок «Додж» и «Плимут». Последние были особенно популярны в американском дрэг-рейсинге 60-70-х годов, где «Крайслер» Hemi в итоге выбрали базовым двигателем. Мотористы NHRA и других серий до сих пор собирают собственные установки на основе Hemi, либо ориентируясь на эту модель.
Наглядным примером классического дрэгстерного V8 служит силовой агрегат на «Додже» Viper Promod шестикратного чемпиона RDRC Дмитрия Саморукова. Блок двигателя для этого промода был вырезан из цельного куска алюминия с помощью фрезеровки, а цилиндры гильзованы для упрощения ремонта.
Решение получилось простым и одновременно изящным. В случае поломки поврежденную гильзу достаточно выбить из нагретого блока обратным молотком и вбить на ее место новую. Со слов механиков процедура займет 10 минут. По той же технологии изготовлены шатуны и поршни, что с одной стороны усиливает их прочность, а с другой снижает вес.
Вопреки многочисленным байкам, мотор дрэгстера не списывают сразу же после заезда (даже у топов при штатной работе ограничиваются сменой узлов), а в маломощных классах движок способен продержаться без серьезного ремонта несколько уик-эндов подряд. Решает токсичность горючего. К примеру, установки на метаноле могут вовсе обходиться без охлаждающей жидкости, так как за минуту, что длится пробный старт и заезд, двигатель не успевает перегреться благодаря меньшей температуре горения такого топлива.
Для дрэгстера в принципе раскручивание мотора на полную не считается проблемой. На максимальные обороты мотор выводится еще до старта, так как в топовой дрэг-технике нет привычной нам коробки передач. Ускорение регулируется напрямую сцеплением и, как правило, в трех режимах — трогание, реверс, верхняя передача.
Перед тем, как сорваться с места, машина удерживается за счет системы трансбрейк, когда одновременно включаются задний ход и газ.
«На старте стоишь с полным газом, а рукой держишь трансбрейк. Отпускаешь кнопку и получаешь пинок, – объясняет работу устройства пилот RDRC Андрей Гунгер. – В моем дрэгстере есть ножной тормоз, но он не удержит на старте».
Проблемы начинаются, если в двигателе с объемом больше 8 литров по какой-то причине (например, из-за отказа свечей зажигания) перестает сгорать топливо. Тогда смесь очень быстро скапливается в цилиндре, что грозит детонацией всего блока. На этот случай в современных болидах кокпит пилота и моторный отсек максимально разнесены друг от друга и обычно изолированы огнеупорной переборкой. Однако полностью обойтись без эффектных взрывов не получается. Например, у Константина Найта в финале сезона струя огня сорвала с дрэгстера воздухозаборник.
Для предупреждения взрывов и других поломок механики после каждого заезда тщательно перебирают двигатель, подгоняют детали, ищут в них трещины и меняют расходники, причем больше всего работы ожидаемо требуют самые быстрые дрэгстеры Top Fuel и Funny Car. Особая настройка и развесовка нужна сцеплению (центробежной муфте), которое на разгоне у самых мощных машин раскаляется сильнее лавы — до 2000 градусов — и при отказе горит не хуже мотора.
Помимо сцепления своеобразной «коробкой передач» на дрэгстерах служат гигантские задние колеса. Из-за особого строения стенок и пониженного давления на разгоне дрэг-слики идут складками как сдувшийся воздушный шарик. Делается это для того, чтобы колесо соприкасалось с дорожной поверхностью как можно большей площадью, тем самым избегая пробуксовки на старте. Еще одной фишкой является экспресс-прогрев шин в луже (зона бернаута), которую заботливо наливают из шланга работники трека или коллеги по гоночному цеху.
В сумме низкое давление шины обеспечивает плавный разгон дрэгстера, стабилизируя его на старте, а когда под действием центробежной силы покрышка сужается и раздувается в диаметре, скорость наоборот резко растет, как при повышении передачи.
Максимальная сцепка резины с трассой также достигается с помощью особого покрытия дрэг-стрипа — прямой, на которой проходят заезды. Для этого накануне и во время соревнований спецтехника покрывает дорогу несколькими слоями клея и отработанной гоночной резины. Толщина получившегося «пирога» составляет от 2 до 4 миллиметров, а на треке после такой обработки создается иллюзия мокрой поверхности.
В RDRC, к слову, грузовичок с распылителем клея и валик из сликов для трактора «Беларусь» придумали и собрали сами команды чемпионата.
А если специалисты случайно переусердствовали с покрытием, то на помощь придет третий аппарат по прозвищу «Змей Горыныч», который умеет соскабливать лишний слой. Перед гонками стрип в Быково могут утюжить почти целый день, но на соревнованиях время проклейки сокращается до 20-30 минут. Если этап обходится без дождя, то укладчики выезжают на трек не менее 4 раз.
Крупнейшие соревнования дрэгстеров давно превратились в масштабные шоу. В России идут той же дорогой с помощью профи из США и Европы
Меньше всего для дрэг-рейсинга подходят два определения — скучный и легкий. В плане зрелищности гонки по прямой выгодно отличаются от кольцевых серий: весь заезд можно увидеть с одной точки, а для понимания результатов не придется подглядывать в правила или тайминг.
Громоподобный запуск мотора, затем примерно через минуту еще более оглушительный старт и финиш, после чего имя победителя зажигается на табло — так выглядит заезд со стороны. А теперь добавьте сюда все риски — от отказа техники и фальстарта до срыва машины на 300 километрах в час — и дуэль дрэгстеров вызовет непередаваемое чувство азарта, даже если наблюдать за ней с трибуны или в трансляции! Причем слова про занос на полной скорости — совсем не фигура речи, как показывает пример Сергея Савинова, мастерски поймавшего свой Promod OWL Garage во время недавней квалификации RDRC:
Реакция и чувство машины ожидаемо являются ключевыми качествами для дрэг-рейсинга. Момент реагирования на светофор, который из-за обилия ламп называют «рождественским деревом» (Christmas Tree), у лучших пилотов занимает 0,001 секунды. Также быстро приходится корректировать любое отклонение курса, когда на прямой дрэгстер удерживают лишь руль с небольшим углом поворота и задняя штанга на колесиках (вилли бар), одновременно не дающая болиду «задрать нос». Парашюты, способные замедлить столь мощную машину, выпускаются только после финиша или в случае потери управления.
Сама процедура старта дрэгстеров в целом тянет на отдельное шоу. После бернаута и пробного срыва на пару десятков метров гонщик начинает сдавать обратно задним ходом, пока помощник, двигая руками как маятником, показывает куда рулить.
Когда дрэгстер встает прямо, пантомима продолжается у стартовой линии, которую важно не проехать слишком сильно, иначе пилоту засчитают фальстарт. Положение передних колес на отметке считывается инфракрасными лучами и синхронизировано с сигналами светофора, который показывает либо синий сигнал (готов к старту), либо красный (проехал линию — дисквалификация).
Для точности ассистент сводит руки перед гонщиком, отмеряя оставшееся расстояние.
А дальше окружающих ждет непередаваемый рокот тысячесильных двигателей, который вблизи чувствуется всем телом. У классов Top Fuel вибрация на старте соответсвует 2,3 баллам по шкале Рихтера, но и в RDRC ощущения, словно при старте космического корабля.
Неудивительно, что столь эффектный и понятный болельщикам вид гонок, постепенно распространился по другую сторону Атлантики. В Европе ФИА стала проводить собственный чемпионат EDRC c 1996-го – и сегодня в нем представлены все основные классы, включая Top Fuel и Funny Car. Один из главных ивентов — фестиваль NitrOlympX — принимает экс-трасса «Формулы-1» в немецком Хоккенхайме.
Безусловно нынешний уровень RDRC нельзя сравнивать ни с европейским первенством, ни тем более с заокеанской серией NHRA, однако, за последние годы отечественному чемпионату удалось заметно продвинуться на всех уровнях. Роль российских энтузиастов – решающая, но большое значение сыграла и помощь профессионалов со всего мира, чье участие не ограничивалось продажей техники и оборудования.
Одним из таких друзей нашего дрэг-рейсинга стал Адам Фламхольц — популярный гонщик и конструктор моторов, перебравшийся в США из Швеции. Сотрудничество с Адамом началось, когда чемпион и вдохновитель RDRC Дмитрий Саморуков приобрел у него болид и пригласил иностранца в Россию помочь с настройкой незнакомой техники. С тех пор он успел проехать с Дмитрием сезон в чемпионате Европы, собрать моторы нескольким российским командам и подготовить местных механиков.
Фламхольц и сегодня продолжает консультировать RDRC, регулярно приезжая на гонки в Подмосковье. А еще при технической поддержке его команды в 2023-м Саморукову удалось стать первым российским пилотом NHRA – и по итогам сезона новичок занял 6 место в зачете промодов.
Несмотря на закупку большей части техники за рубежом и сотрудничество с западными специалистами RDRC все больше двигается к созданию собственных машин. Если сборка двигателя вроде «Крайслер» Hemi в условиях России кажется малоосуществимой из-за отсутствия опыта и больших затрат, то производство рам, обвесов и отдельных узлов идет полным ходом.
В RDRC Pro вместе с американскими дрэгстерами уже выступает их копия под названием «Метеор», созданная известным в автоспорте ателье Kiwamaru sport из Челябинска. Там же соревнуется Pro Mod Camaro SS владикавказской команды Alania Motor Sport — первый собранный в России болид подобного класса.
«Рано или поздно мы придем к тому, что большинство компонентов будем делать в России. — считает босс RDRC Тигран Сеферян. — Уверен, в очень скором будущем рамы будут все российского производства. Пластик мы тоже спокойно освоили, сделав обвес для (промода) «Волги». Эта машина у нас, как тестовый полигон. На ней уже стоят российские тормоза, задняя подвеска и вся мелочевка, а в следующем году планируется поставить еще задний мост».
Со следующего года чемпионат Pro должен обзавестись новым топ-классом для промодов, количество которых растет в RDRC с каждым сезоном. Постоянный прогресс этих непривычных для нашей страны гонок кажется почти чудом, учитывая все актуальные сложности, но объясняется легко. У тех, кто организует соревнования по дрэг-рейсингу в России, энтузиазм такой же мощный, как двигатели на их дрэгстерах.
Источник: https://www.sports.ru/tribuna/blogs/driversview/3187040.html#supertop
Другие новости
![Aston Martin к запуску новой аэротрубы, а эксперты ожидает рост капитализации компании](/media/cache/default/rc/aSMCogdI_JTyzmxoy/uploads/news/photo_2024-09-07_15-31-32.jpg)
![Как у Aston Martin получается держаться в рамках ограниченного бюджета Формулы 1?](/media/cache/default/rc/GX3uK2Ar_JTyzmxoy/uploads/news/photo_2024-09-07_14-11-19.jpg)
![Результаты квалификации MotoGP, Гран-при Сан-Марино.](/media/cache/default/rc/vVGPvogE_JTyzmxoy/uploads/news/photo_2024-09-07_13-13-48.jpg)
![Dreyer & Reinbold объявили о партнерстве с Dodge в Nitrocross.](/media/cache/default/rc/Fl2AL0DO_JTyzmxoy/uploads/news/photo_2024-09-07_12-02-39.jpg)
![Ваулз остался впечатлен выступлением Колапинто в Монце](/media/cache/default/rc/a0vA5Wfu_JTyzmxoy/uploads/news/photo_2024-09-07_09-26-20.jpg)